УРОКИ  ЖИЗНИ  МОИСЕЯ  ДОБРОДУБА

Вы помните еще довоенный фильм «Подкидыш» с Фаиной Раневской? Да-да, «Муля, не нервируй меня!» — это оттуда! В памятном эпизоде фильма, где толпа людей бросается с тротуара на мостовую спасать маленькую девочку, во весь экран мелькает озорное лицо паренька с рыжими вихрами. Настолько рыжими, что это, кажется, видно даже на черно-белом экране. Нет, это не приглашенный артист массовки. Это сорванец Мося Добродуб, приехавший из Днепропетровска в гости к бабушке, а бежал он там, «потому что все побежали!».

Семья Добродуб жила в Екатеринославе, сколько себя помнила. Прадед Моси был управляющим на конезаводе и для того, чтобы ему, еврею, можно было приезжать в Киев, было выхлопотано для него звание купца I гильдии. Дед работал бухгалтером и в Первую мировую войну был контужен под Ревелем. Ну а детство и юность Моси – Моисея Нисоновича Добродуба – ничем не отличалось от молодых лет его сверстников: украинская средняя школа, Металлургический институт. Но в институте Моисей встречается с личностью, по-видимому, и определившей во многом всю его жизнь – это Иосиф Данилович Семикин, профессор кафедры печей, один из основоположников советской школы металлургической теплотехники, выдающийся специалист мартеновского производства стали. Вот и его подпись в студенческой зачетке Моисея – 24 января 1940 года.

На пороге уже неотвратимо стоял год 1941-й. Война! Призыв в армию, четыре месяца курсантом – и неоперившимся 20-летним начальником радиостанции прямо на Крымский фронт.

Война продлится еще долго, невыносимо долго, но эти первые, такие тяжкие бои за полуостров Крым останутся в памяти уже на всю жизнь. Да, было беспримерное мужество наших солдат, защищавших родную землю. Да, всегда чувствовалась рядом рука товарища и была абсолютная вера в плечо друга. Но тогда казалось, ничто не могло уже остановить отлаженную, до зубов вооруженную и предельно организованную армию врага. Наши оставляли Крым. Это был первый, очень тяжелый урок для молодого радиста Добродуба: личное мужество – это прекрасно, но хорошая организация – это все!

Впереди Керченский пролив. Как его переплыть? В ход шло все: автомобильные камеры, бочки, какие-то бревенчатые плотики и доски – все, что хоть как-то держалось на воде. А вода кипела от разрывов снарядов, и с неба хлестал свинцовый дождь фашистских истребителей. Неразбериха, крики, стоны, кровь… Но не этот ад так поразил тогда мгновенно повзрослевшего Моисея Добродуба. Еще страшнее было другое – отношение местного населения, крымских татар: стреляли в спину, не давали не то что поесть – кружки воды! Если кто-то пытался подойти к колодцу, сразу начиналась стрельба! Вот и еще один горький урок: не всякий друг, кто рядом, даже если вы – граждане одной страны. Нет, никакое предательство, даже массовое, не может оправдать наказание целого народа и его поголовную депортацию. Никакое зло нельзя победить злом еще более страшным. Каждый должен держать ответ за себя сам. Перед людьми и Богом. Но и правду о войне нужно говорить тоже всю до конца.

Случайно Моисей с товарищами недалеко от берега находят вкопанные в землю бочки с бродящим морсом, какой-то томатной пастой. С какой жадностью голодные бойцы набросились на это полусъедобное месиво! Но каждый запомнит теперь его до конца дней своих – все обожгли себе желудки.

Помните, у Твардовского: «Переправа, переправа – пушки бьют в кромешной мгле…» Немногим удалось выжить на этой переправе через Керченский пролив. Сколько друзей навеки осталось в кипящих кровью волнах. Тяжело ранен и Добродуб. Но вот и берег. Жив! Ну а дальше – какой-то нескончаемой чередой санчасти и прифронтовые госпитали. Но…вот уж действительно подарок судьбы! Еще с детства так хотелось побывать в Сочи. И, как по заказу, молодого бойца посылают долечиваться в Сочи. На целых два месяца! Вот и на старой военной фотографии они рядом – шестеро выздоравливающих в темно-зеленых больничных халатах с вымученными улыбками на усталых и столько переживших лицах…

Но дальше снова замелькали фронтовые версты: Северо-Кавказский фронт, Белорусский фронт, ІІ Украинский фронт. В 1944г. М. Добродуб оканчивает Военно-пехотное училище и становится командиром минометного взвода. Дальше – тяжелое ранение в Венгрии и снова санчасти и госпитали. Моисея Нисоновича представили к награждению Орденом Красной Звезды, но эта награда еще три года будет гоняться за ним по медсанбатам, фронтам и странам. Закончил свою военную службу Добробуд в 1946г. в Австрии начальником связи дивизии.

И вновь – такой родной и такой до неузнаваемости разрушенный Днепропетровск. Прежде всего нужно доучиться в институте. А вот и первое назначение – мастер мартеновского цеха завода им. Карла Либкнехта. Понять всю меру ответственности этой тяжкой трехсменной работы может только тот, кто знает, что такое жидкий металл и доверенные тебе жизни десятков людей! Но вот и первая неприятность: «холодная плавка» — некондиционный металл. А Моисей Добродуб уже начальник смены, и на дворе 1953 год – дело врачей и борьба с космополитизмом! Все вполне реально могло обернуться арестом. Спас начальник цеха – он решительно взял ответственность на себя, все спустил на тормозах и как-то замял. Вот и еще один урок жизни получил молодой инженер-металлург – никогда не бояться брать ответственность на себя.

Через несколько лет Моисей Нисонович становится начальником цеха, одного из крупнейших мартеновских цехов Союза. Пять печей! Тысяча человек рабочих! Дни и ночи на заводе. И даже дома поздними вечерами эти бесконечные телефонные оперативки. Добродуб всегда сдержан, строг и очень спокоен, но если выведут – жарко становилось и небу, и земле!

Моисей Нисонович не был обижен друзьями, но один, Вукелич Бранко, был особенным: политэмигрант, соратник Тито, национальный герой Югославии. Уже потом, после войны, Бранко безоговорочно примет сторону нашей страны в споре с Тито, будет заключен в тюрьму и выкраден советскими спецслужбами. Он часто говорил Моисею Нисоновичу: «Разве ты не видишь, что у вас творится, как ты можешь молчать?!» Но всегда получал один и тот же горький ответ: «Да, я все вижу и понимаю, но сам не изменю ничего, а у меня семья — и молчать я вынужден». Но не обязательно нужно было что-то говорить. Уроки жизни научили Моисея Нисоновича, что не менее важно просто честно делать свое дело, быть порядочным человеком, не давать в обиду друзей и помогать своим ближним.

И все-таки Моисей Добродуб был счастливым человеком. Еще в юности он понял, кто враг и как важно, когда рядом друг. Он всю жизнь делал любимое дело. Он был любим прекрасной девушкой, после первого взгляда на которую сказал: «Она будет моей женой». У него выросла замечательная дочь и очаровательная внучка Юленька, уже защитившая диссертацию и работающая в Москве.

И еще одно всегда было свято: каждую весну в девятый майский день они с дочерью всегда шли с цветами на Октябрьскую площадь, где под серым гранитом боевой друг и первый командир – командир полка майор Назаренко. Так было каждый год. Теперь дочь Моисея Нисоновича Ирина уже ходит туда одна. Но это будет, пока она жива, пока жива память о ее отце, о его однополчанах, его поколении. Это будет, пока живы мы все, пока весна приходит на эту землю в буйном цветении садов, пока алеют тюльпаны на могилах героев, пока весеннее небо остается таким мирным и отчаянно лазурно-голубым.

Михаил Макаровский,

внештатный сотрудник

Центра «Ткума»